Mobile menu

М.Е.Салтыков-Щедрин: «Если я усну и проснусь через сто лет и меня спросят, что сейчас происходит в России, я отвечу: пьют и воруют.»                                                             «Чего-то хотелось: не то конституции, не то севрюжины с хреном, не то кого-нибудь ободрать.»                                                             «Во всех странах железные дороги для передвижения служат, а у нас сверх того и для воровства.»                                                             «Когда и какой бюрократ не был убежден, что Россия есть пирог, к которому можно свободно подходить и закусывать?»                                                             «Российская власть должна держать свой народ в состоянии постоянного изумления.»                                                             «Это еще ничего, что в Европе за наш рубль дают один полтинник, — будет хуже, если за наш рубль станут давать в морду.»                                                             «Если на Святой Руси человек начнет удивляться, то он остолбенеет в удивлении и так до смерти столбом и простоит.»                                                             «Строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения.»                                                             «Ну, у нас, брат, не так. У нас бы не только яблоки съели, а и ветки-то бы все обломали! У нас намеднись дядя Софрон мимо кружки с керосином шел — и тот весь выпил!»                                                             «У нас нет середины: либо в рыло, либо ручку пожалуйте!»                                                             «Нет, видно, есть в божьем мире уголки, где все времена — переходные.»                                                             «— Mon cher, — говаривал Крутицын, — разделите сегодня все поровну, а завтра неравенство все-таки вступит в свои права.»                                                             «Увы! Не прошло еще четверти часа, а уже мне показалось, что теперь самое настоящее время пить водку.»                                                             «— Нынче, маменька, и без мужа все равно что с мужем живут. Нынче над предписаниями-то религии смеются. Дошли до куста, под кустом обвенчались — и дело в шляпе. Это у них гражданским браком называется.»                                                             «Для того чтобы воровать с успехом, нужно обладать только проворством и жадностью. Жадность в особенности необходима, потому что за малую кражу можно попасть под суд.»                                                             «Крупными буквами печатались слова совершенно несущественные, а все существенное изображалось самым мелким шрифтом.»                                                             «Всякому безобразию свое приличие.»                                                             «Цель издания законов двоякая: одни издаются для вящего народов и стран устроения, другие — для того чтобы законодатели не коснели в праздности.»                                                             «Барышня спрашивают, для большого или малого декольте им шею мыть.»                                                             «Просвещение внедрять с умеренностью, по возможности избегая кровопролития.»                                                             «Идиоты вообще очень опасны, и даже не потому, что они непременно злы, а потому, что они чужды всяким соображениям и всегда идут напролом, как будто дорога, на которой они очутились, принадлежит им одним.»                                                             «— Кредит, — толковал он Коле Персианову, — это когда у тебя нет денег... понимаешь? Нет денег, и вдруг — клац! — они есть! — Однако, mon cher, если потребуют уплаты? — картавил Коля. — Чудак! Ты даже такой простой вещи не понимаешь! Надобно платить — ну, и опять кредит! Еще платить — еще кредит! Нынче все государства так живут!»                                                             «Глупым, в грубом значении этого слова, Струнникова назвать было нельзя, но и умен он был лишь настолько, чтобы, как говорится, сальных свечей не есть и стеклом не утираться.»                                                             «В болтливости скрывается ложь, а ложь, как известно, есть мать всех пороков.»                                                             «Один принимает у себя другого и думает: «С каким бы я наслаждением вышвырнул тебя, курицына сына, за окно, кабы...», — а другой сидит и тоже думает: «С каким бы я наслаждением плюнул тебе, гнусному пыжику, в лицо, кабы...» Представьте себе, что этого «кабы» не существует, — какой обмен мыслей вдруг произошел бы между собеседниками!»                                                             «Неправильно полагают те, кои думают, что лишь те пискари могут считаться достойными гражданами, кои, обезумев от страха, сидят в норах и дрожат. Нет, это не граждане, а по меньшей мере бесполезные пискари.»                                                             «В словах «ни в чем не замечен» уже заключается целая репутация, которая никак не позволит человеку бесследно погрузиться в пучину абсолютной безвестности.»                                                             «Многие склонны путать два понятия: «Отечество» и «Ваше превосходительство».»                                                             «Страшно, когда человек говорит и не знаешь, зачем он говорит, что говорит и кончит ли когда-нибудь.»                                                             «Талант сам по себе бесцветен и приобретает окраску только в применении.»                                                            

Ничего публичного

Пятница, 06 Декабрь 2019 21:40 Автор 
Оцените материал
(0 голосов)

Дискуссию вокруг бюджета Уфы свели до минимума

Фото: Дмитрий Колпаков / Коммерсантъ

Горсовет Уфы вчера в новом формате провел публичные слушания по проекту бюджета на 2020-2022 годы. За пару дней до мероприятия власти решили поменять площадку: они перенесли слушания из здания Городского дворца культуры, куда обычно приходили все желающие, в здание мэрии и выставили возле нее беспрецедентную охрану из сотрудников ЧОПа, секретариата горсовета и Центра общественной безопасности. В итоге в зал смогли попасть далеко не все желающие выступить. Туда же был закрыт доступ журналистам: для них организовали пресс-центр в столовой мэрии, снабдив бесплатными напитками и десертом.

Публичные слушания по проекту бюджета Уфы на 2020-2022 годы, организованные городским советом, вчера были открыты не для всех. Мероприятие должно было пройти в Городском дворце культуры, куда обычно открыт доступ всем желающим, но совет внезапно поменял площадку. 2 декабря депутаты, как сообщили в совете, на внеочередном заседании, без участия журналистов, перенесли место слушаний в большой зал горсовета, где установлена пропускная система. В ГДК, пояснили в совете, не смогли организовать слушания из-за выхода из строя некоего «пускорегулирующего устройства». Что это за устройство, вчера выяснить не удалось.

У здания горсовета была установлена многочисленная охрана: сотрудники ЧОП «Центурион-лонге», совладельцем которого является депутат горсовета Андрей Борисов, сотрудники секретариата и Центра общественной безопасности дежурили у основного входа и даже в окрестных дворах.

Вход в здание был заблокирован металлическими ограждениями, а входящих по списку, вложенному в чехол мобильного телефона, пропускал начальник организационного отдела горсовета Владимир Кротов.

Обычно господин Кротов находится во время публичных слушаний в зале, но вчера ему поручили фильтровать некоторых посетителей. Так в здание не были допущены руководитель уфимского штаба Алексея Навального Лилия Чанышева, юрист штаба Федор Телин и волонтер Ольга Комлева, член Совета по правам человека при главе Башкирии Виль Тухватуллин, корреспондент портала «Уфа1» Ольга Блажнова и другие. При этом в здание беспрепятственно проходили десятки других слушателей, у которых даже не проверялись документы. Журналистов в здание пускали по аккредитации, при этом в зал они тоже пройти не смогли: для СМИ был организован пресс-центр в столовой с напитками и десертами.

Открывая слушания, председатель комиссии горсовета по бюджету, финансам и налогам Павел Васильев призвал их участников к «конструктивному и социально ответственному диалогу». После этого вице-мэр по финансам Гульнара Валеева сообщила, что трехлетний бюджет планируется как бездефицитный с доходами и расходами в 2020 году в размере 29,3 млрд руб., в 2021 году —29,2 млрд, в 2022 году —29,4 млрд руб. (в 2019 году он был заверстан с доходами 31,6 млрд и расходами 35,5 млрд руб.). Собственные налоговые и неналоговые доходы города составят 13,6 млрд руб. Примерно половина расходов (16 млрд руб.) пойдет на социальную сферу, в том числе на образование около 13 млрд руб., отметила госпожа Валеева. Еще около 10 млрд руб. запланировано на ЖКХ, дорожное хозяйство, строительство и другую инфраструктуру. Расходы на культуру, отметила вице-мэр, составят 1,29 млрд руб., на социальную защиту населения —1,02 млрд руб., на физкультуру и спорт —798 млн руб.

В целом, резюмировала докладчица, бюджет позволит городу «реализовать любые амбициозные планы, активно привлекать средства национальных проектов, участвовать в любой программе».

Другой вице-мэр, Николай Фадеев, сообщил о прогнозе роста инвестиций в основной капитал на 5%, до 103,3 млрд руб. Объем строительства жилья ожидается на уровне 2019 года — 653,3 тыс. кв. м.

С пространными докладами выступили руководители пяти управлений мэрии. Так, глава управления строительства, ремонта дорог и искусственных сооружений Радмил Муслимов сообщил, что в 2020 году город намерен вдвое увеличить расходы на содержание муниципальных дорог (до 76,4 млн руб.) и в полтора раза уменьшить финансирование капитального ремонта домов (с 1,35 млрд руб. до 848 млн руб.).

Активистка движения «Архзащита», член Совета по правам человека и институтов развития гражданского общества при главе республики Эльза Маулимшина обратила внимание депутатов на то, что в бюджет не заложено ни одной копейки на содержание объектов культурного наследия. Она также возмутилась, что горожан не пускают в зал, они «стоят и мерзнут на улице».

Депутат Курултая, коммунист Рустам Хафизов выразил недовольство тем, что власти продолжают по остаточному принципу финансировать северную часть города, расположенную рядом с промзоной «Башнефти».

Председатель СПЧ Владимир Барабаш заявил, что проект бюджета «не является бюджетом развития» и в нем «на дружинников заложено в 30 раз больше, чем на поддержку малого и среднего бизнеса». «Это говорит о приоритетах»,— подчеркнул докладчик.

Он также возмутился недопуском на слушания всех желающих, напомнив депутатам, что они «не чиновники». «Вас же люди выбрали!» —попытался он усовестить депутатов. «Никого на улице нет»,— заявил Павел Васильев, когда как Владимир Барабаш спустился с трибуны.

Второй год подряд на публичных слушаниях выступают сотрудники Муниципального управления электротранспорта, которые требуют восстановить финансирование предприятия, находящегося в стадии банкротства. На этот раз их поддержал вице-мэр Ильдар Юланов, признав, что пока в бюджете предусмотрено лишь текущее финансирование МУЭТ в размере 500 млн руб., при этом «комплексное развитие электротранспорта» потребует ориентировочно 10 млрд руб. После этого чиновник, обращаясь к депутатам, попросил их «не остаться безучастными и все-таки обратиться к главе республики, чтобы поддержал электротранспорт нашего города». Его обращению негромко поаплодировали.

Господин Васильев, закрывая дискуссию, сообщил, что онлайн-трансляцию посмотрели 2,8 тыс. человек. «Поэтому насчет открытости как бы вопрос, наверно, надуманный»,— отметил он.

Лилия Чанышева позже сообщила „Ъ“, что в своем выступлении, на которое она записывалась на сайте горсовета, хотела предложить сократить расходы на зарплату чиновников и на проценты по муниципальному долгу, отказаться от финансирования муниципальных СМИ. «Сэкономленные деньги можно было бы направить на повышение зарплаты учителям и воспитателям, охрану окружающей среды и решение проблем общественного транспорта»,— отметила она. Активистка вызывала к зданию горсовета полицию, которой заявила о нарушении ее гражданских прав. «Но полицейский сказал, что проведет проверку. Без проверки он не знает, есть ли правонарушение», — отметила Лилия Чанышева.

 

Ссылка на источник